Баннер
Баннер
Баннер
Блоги на Лопасне - Культура, история, жизнь

Какими бы мы ни были разными, в мыслях каждого из нас в последние дни то и дело вспыхивает с детства знакомое слово «Крым». Многие из нас и в последние двадцать лет не изменяли Крыму, не променяв его на Египет и Турцию, превратившиеся в «наши» курорты. И все-таки большинство из нас подзабыло, как постигался Крым русскими писателями, начиная с оды «На приобретение Крыма» (1784) Гавриила Державина до наших дней. Семен Бобров (1763 – 1810), поэт нами забытый, оказался в Крыму из-за преследований Екатерины II (кстати, среди ее титулов был и такой – «царица Херсониса Таврического»). Он был масоном, сподвижником книгоиздателя Новикова, брошенного в тюрьму, потому и скрылся на юге России. Бобров написал поэму «Таврида» (1798), в которой Крым представлялся диким, неосвоенным местом:
Лишь только слышен дикий стон,
Из сердца исходящий гор,
Предтеча верной сильной бури...

***
Александр Пушкин оказался в Крыму в 1820 году, во время южной ссылки. Он воспринимал Крым через призму романтики и любовных увлечений:
Но прежних сердца ран,
Глубоких ран любви, ничто не излечило...
Шуми, шуми, послушное ветрило,
Волнуйся подо мной, угрюмый океан...

Однако в письмах был вовсе не романтиком, а внимательным наблюдателем и даже скептиком, потому и называл Крым «страной важной, но запущенной»: «...жил я сиднем, купался в море и объедался виноградом. В двух шагах от дома рос молодой кипарис; каждое утро я навещал его и к нему привязался чувством, похожим на дружество».
***
В 1825 году, направляясь на Кавказ, путешествовал по побережью Крыма Александр Грибоедов, проехал от Керчи до Фороса. Рассказывают, что в пещере Кизил-Коба можно найти высеченную им надпись: «А.С. Грибоедов. 1825». Как субъективно наше восприятие! К поступку Грибоедова мы готовы относиться с умилением, но, глядя на искалеченные краской камни с надписями: «Здесь был Вася», – сердимся.
***
Николай Гоголь, описывавший в «Тарасе Бульбе» нравы крымской станицы XV века, побывал в Крыму лишь в одном месте – в грязевой Сакской лечебнице. Он писал: «...пачкался в минеральных водах... Здоровье, кажется, от одних переездов поправилось».
***
Лев Толстой приезжал в Крым трижды. В его восприятии Крым пахнет смертью. Впервые он был здесь в 1854 – 1855 годах, во время обороны Севастополя. Осажденный город потерял более ста тысяч своих воинов. Толстой находился в действующей армии. Кровавые схватки, которые он описывает, 26-летний писатель видел своими глазами. Толстого считали строгим командиром: он запрещал солдатам материться. Здесь родились «Севастопольские рассказы», в которых Толстой восхищался мужеством русских солдат, возмущался их бездарными командирами. Он написал тогда сатирическую песню, которую распевала вся армия (она не устарела и сегодня): «Чисто писано в бумаге, да забыли про овраги, как по ним ходить...».
Героинями Пушкина стали в Крыму обитательницы гарема («Бахчисарайский фонтан»), героинями Толстого – совсем иные женщины: «Сестры со спокойными лицами и выраженьем не того пустого женского болезненно-слезливого сострадания, а деятельного практического участия, то там, то сям, шагая через раненых, с лекарством, с водой, бинтами, корпией, мелькали над окровавленными шинелями и рубахами».
В целом Толстой прожил к Крыму два года. Он приезжал сюда, сопровождая умирающего друга. А в 1901 году отправился в Гаспру во дворец графини Паниной, чтобы самому подлечиться, однако, простудившись, чуть не умер. Больной Чехов, навещавший Толстого, беспокоился о великом старце.
***
Толстому было отпущено еще десять лет жизни, а молодой Чехов вскоре после их встречи умер. В 1899 году, переехав из Мелихова, он по- строил на окраине Ялты (в Аутке) дом, который называют «Белой дачей», посадил сад. Писал о своей жизни в Крыму грустно, но не бунтуя против жестокости судьбы: «Ялта – это Сибирь». Он женился, но жена оставалась в Москве, как, впрочем и сестра. К Антону Павловичу переехали только мать и слепая кухарка, жившая с Чеховыми и в Мелихове. Две старушки сами нуждались в уходе, и мало чем могли помочь больному. Себя Чехов сравнивал с роялем, не котором никто не играет. Одно из писем подписал: «Антоний, епископ Мелиховский, Ауткинский и Кучук-Койский» (в Гурзуфе и Кучук-Кое, в живописной татарской деревушке, расположенной в 27 верстах от Ялты, между Алупкой и Форосом, Чехов тоже приобрел кусочки земли с небольшими домиками – об этом мало знают наши туристы).
В Ялте больной писатель продолжал работать, подводил итоги, разобрал письма, подготовил собрание сочинений. Писал пьесы. На набережной недавно поставили памятник «Даме с собачкой», на который хотелось бы посмотреть. Действие рассказа происходит в Ялте: «Отчетливо бросались в глаза две особенности нарядной ялтинской толпы: пожилые дамы были одеты как молодые, и было много генералов», – как он умел быть ироничным, наш любимый Чехов...
***
Одним из форпостов поэтов Серебряного века стал Коктебель, где Максимилиан Волошин построил дом. Кто только не бывал у него в гостях: сестры Цветаевы, Сергей Эфрон, ставший женихом, а вскоре и мужем Марины Цветаевой, Алексей Толстой, Валерий Брюсов, Осип Мандельштам, Николай Гумилев, Зинаида Гиппиус, Михаил Зощенко, Корней Чуковский – более шестисот человек побывало у него в гостях. В изломе окрестного хребта гости видели профиль Волошина. «Дом поэта возвышается над плоскостью мещанского курортного болота словно деревянная крепость элитарного искусства», – пишут современные культурологи. Здесь, в доме с башней-мастерской, поэт пережил революцию, помогая тем, кто слабее – сначала «красным», а потом отступающим «белым».
***
Бывал в Крыму и Владимир Маяковский, чтобы воспеть передачу дворцов под санатории для рабочих и крестьян:
Хожу, гляжу в окно ли я, –
Цветы да море синее,
То в нос тебе магнолия,
То в глаз тебе глициния...

***

Болезнь привела в Крым, как и Чехова, Александра Грина (псевдоним Александра Гриневского). Здесь в Феодосии, в поселке Старый Крым, в саманном домике с низкими потолками и земляными полами, он обдумывал свои утопии, верил в Алые паруса справедливого устройства мира. Но люди, пришедшие к власти, считали его мистиком. Его перестали публиковать, его книги запрещали покупать библиотекам. В последние годы жизни Грин не вставал с кровати, ее лишь изредка выносили в сад...
***
Жили в Крыму мрачный Сергей Сергеев-Ценский, написавший эпопею «Севастопольская страда», и друживший с ним Иван Шмелев, тот самый, который в своем блестящем описании постного торга не забыл и лопасненские белые грибы. Его сына Сергея, раненного офицера, 3 марта 1921 года расстреляли в Феодосии большевики. В эмиграции он написал эпопею «Солнце мертвых» о голоде в Крыму в начале двадцатых годов. Природный крымский рай превратился для него в ад.
***
Обо всем написать невозможно. Все по-своему интересно: и очерки Михаила Булгакова «Выбор курорта» (1925), и поэма Иосифа Бродского «Посвящается Крыму» (1969), и утопия Василия Аксенова «Остров Крым» (1979)...
Кто-то из писателей был в Крыму проездом, для кого-то полуостров стал частью биографии. Часто писали метафорично, мол, «оставили Крыму свое сердце». Поэт Владимир Луговской (1901 – 1957) совершил это в буквальном смысле. Он завещал замуровать свое сердце в обломе скалы по дороге к ялтинскому Дому творчества имени А.П. Чехова. Видела там памятную доску, но не подозревала, что для Луговского все было так серьезно... Пишут, что сейчас доску с большого почерневшего камня, под которым лежит сердце поэта, оторвали и испачкали краской...
Мы мало знаем поэзию Луговского. «Внутри известного советского неплохого поэта... жил загнанный внутрь великий поэт», – писал о нем Евгений Евтушенко. В 1937 году, когда Луговскому грозила опала, поэт уехал в Крым. Он не погиб, но, как вспоминают современники, надломился. С тех пор до смерти каждый год приезжал в Крым, чтобы вздохнуть свободно. Константин Паустовский рассказывал, как Луговской любил бродить по незнакомым уголкам Крыма: «В этом занятии было нечто мальчишеское, романтическое, таинственное... Смысл его был в том, что Крым, знакомый до каждого поворота на шоссе, оборачивался неизвестными своими сторонами. Он переставал быть только скопищем красот, предназначенных для восторгов. Приобретал благородную суровость, которую обычно не замечают люди...».
Приведу лишь одну строфу из стихотворения Луговского, посвященного Крыму:
Вижу сад и тень от пешехода,
Пляску листьев, медленный баркас.
Мчится с моря шумная свобода,
Обнимает и целует нас...

 

Автор: Ольга Авдеева.

Обновлено (01.04.2014 12:47)

 
Последнее из эфира Кометы

Итоги недели_30 сентября.
Эфир Кометы
03.10.2016

Итоги недели_23 сентября.
Эфир Кометы
24.09.2016

Итоги недели_16 сентября.
Эфир Кометы
20.09.2016

Гость в студии: Политолог С. Поляков - о выборах 2016.
Эфир Кометы
10.09.2016

Гость в студии: П. Хлюпин о чеховском традиционном беспределе.
Эфир Кометы
10.09.2016

Последние коментарии

радио "Комета"
Опрос
Какие разделы сайта вас больше всего интересуют?