Баннер
Баннер
Баннер
Блоги на Лопасне - Культура, история, жизнь

Я хотел написать о любви,
О луне, о грядущей весне,
Но надежды мои отравил
Белый всадник на черном коне.
Прожигая обидой умы,
Закаляется злоба в огне.
Он явился посланником тьмы –
Белый всадник на черном коне.
Под безжалостный грохот копыт
И мерцанье зарницы в окне
Небывалою кровью грозит
Белый всадник на черном коне.
Стонет в ужасе сердце страны,
И мерцает уже не во сне
Грозный вестник гражданской войны –
Белый всадник на черном коне…
2014
***
Хуторяне
Из иронической хроники

…Сказывают, некогда московиты, северные соседи хуторян, призадумались: вот, живем и живем. А в чем соль нашей жизни? Можно ли в одном слове высказать коренную суть нашей москальской жизни? Пошли к мудрецу. Тот покачал головой и горестно молвил: крадут…. Крадут! И вправду, крали на Москве почем зря. Выделят гроши ямы на дороге засыпать – а они как в песок ушли. Подкинут деньжишки ребятишкам на молочишко – глянь, детишки пустые щи хлебают, зато начальник новоселье в новой хате справляет.
Ну, и на хуторе порядки не лучше. Сказы­вают, недавно перестали через хутор замор­скую «Кока-Колу» возить: газ воруют даже из нее! А уж взятки! Хабар, то есть. Сказано: не подмажешь – не поедешь. Взятка преврати­лась в коренной способ перераспределения доходов населения. Больные несут деньги врачам. Врачи платят за должности в больни­цах. Чиновники покупают место в конторах. Адвокаты несут взятки судьям. Учителя берут деньги за экзамены. Родители дают хабаря за место в детских садочках. Водители покупают права… Торговцы платят за место на рынке…. Все в стране живут за счет взяток.
Способов отнять чужие деньги, чужие ого­роды, чужую хату, а то и бабу, не счесть. То с помощью судебных крючков, а то и просто на арапа. Соберут, как в прежние времена, ватагу дюжих амбалов, приедут на фабрику, выкинут начальника за ворота, а в его кресло нового посадят, морда косырем. Вот и весь сказ. А потом – судись-рядись хоть тысячу лет! Судьи-то не на бумагу – в карман смо­трят…. В карман и стражники на шляхах за­глядывают, хотя вроде наняли их за порядком следить – чтоб на лошадку после дружеского возлияния не садились, чтоб телеги поперек дороги не ставили, чтоб друг дружку дышлом не давили. А у хуторских стражников – хоть кур дави, хоть старух – все одно: дыхни, лю­безный, в карман, да езжай дальше. Животы наели – не объехать! Ну, а денежки от придо­рожных караульщиков текут по начальству до самых больших кабинетов…. В одном забугорном хуторе голова рассвирепел –
его и самого остановили, и хабаря потребова­ли. Он всю стражу дорожную разогнал, нанял другую, и платит им не дровами, а зеленью – вроде блюдут. Надолго ли…. На нашем хуторе, однако, народ при дороге совсем непуганый. Завели себе персональные дорожные зна­ки – вернейшее средство для пополнения семейного кошелька. Поставит такой значок –
ползи по дороге, как улитка! А дорога ровная, прохожих нет, лошади несутся, как ужаленные! Стражник кокарду из-за куста высунет да пал­кой машет: «Превысил! А ну, дыхни в карман!» И дышат…. Куда денешься. Как-то сменилось начальство у ватаги дорожных вымогателей. Парень молодой, кровь с молоком, мышцы буграми ходят – видно, гири тягает по утрам. Но – необъезженный, порядков не знает…. По­строил новоиспеченный есаул подчиненных по ранжиру – у всех вроде как беременность на восьмом месяце! А как иначе – пьют да жрут.
– Будете, мужики, теперь по утрам до околи­цы бегать – на время! Вот ты, – вызвал из строя пузана, – за сколько стометровку пробежишь?
Тот покумекал-покумекал и рубанул:
– За сто зеленых – пробегу!
Начальничек бровки поднял.
– Не понял – что за зелень такая?
Тут уж вся ватага за животы схватилась: кого к нам прислали! Отправили по начальству рапорт: дескать, наш есаул-от – дальтоник! Зеленого цвета не различает! Ну, и списали простака за профнепригодность….
Сокрушаясь от нестроения, которое процве­тало на хуторянской земле, почитай, тысячеле­тия, задавались печальным вопросом и самые умные головы: в чем корень такой напасти? Почему так плохо живется на прекрасной этой земле? Нешто может добрая земля родить дур­ной народ? Кто-то рукой махнул безнадежно: так, мол, от предков пошло; они были голяки –
и нам завещали. Дескать, культура у нас такая особенная – деревенской называется. На за­паде у народа ум вострый: и трактор вместо сохи придумает, и сепаратор для молока, и колбасу свинячьих из хвостов приспособились делать. А мы как дергали коров за титьки тыщу лет назад – так и сейчас дергаем. А уж в том, как денежки ковать – им равных нету! Даже машинку деньги считать придумали – чтобы пальцы не мусолить. Городской культуре наша черноземная в подметки не годится. Ну, ко­нечно, и у нас кое-то есть. Горилка, к примеру. Ихних мужиков в минуту с копыт валит. А из шаровар деревенского парубка дюжину ихних полуперденчиков пошить можно.
Но – деревня есть деревня… Кто-то винит непомерную гордыню: дескать, у нас на двух ху­торян – по три гетмана…. И то правда: гонору –
как навозу в свинарнике. Сами с усами! Лучше не трогать. Другие говорят: семейственность и кумовство опутали весь хутор. Вот, прочи­тал на одном из сайтов: «… судья хуторского суда – Михаил Крысоцкий. Брат судьи, Петро Крысоцкий – начальник отдела образования. Супруга брата, Варвара Крысоцкая – заведует управлением социальной защиты хуторян. Дочь судьи, Наталья Рычалко – начальница хуторского управления юстиции. А зять судьи –
прокурор Сергей Рычалко…». Да что там мел­кая сошка! У самого Головы – и прокурор свояк, и сынок деньжищам ворочает, и …
Другие копнули хуторянскую жизнь еще глубже, послушали людскую молвь – да и качают головой горестно: брешут…. Ох, как брешут наши хуторяне! Заражен брехливой болезнью весь хутор – от мала до велика! Эта особенность хуторянской жизни даже на Западе стала притчей во языцех. Как-то аме­риканского корреспондента судьба занесла на хутор. Грязь. Дороги нет. Бредет он, весь в черноземе, мимо коровника и спрашивает:
– Где сельский голова?
Одна из коров на чистейшем английском ему отвечает:
– Голова в поле! – Как? Вы говорите по-ан­глийски? – Да. А что тут такого? Я окончила Оксфорд с отличием.
Обалделый корреспондент дождался на­чальника.
– Вы знаете, у вас замечательная корова –
она даже по-английски говорит! – О, це она может! – Но она говорит, что закончила Ок­сфорд! – Ни, це она брешет!»
Особенно зримо проступала проказа всеобщей брехаловки накануне очередного волеизъявления. Выборы – все равно что се­зонные осадки: выпадают, как снег на голову. То, извините, мэра надо выбрать, то сельраду. Сельсовет, то есть. Ах, сколько лапши вешалось на уши простодушных хуторян! На кону –
такая казенная кормушка! А в ней и харчей не меряно, и тарантасы рессорные, и горилка дар­мовая! И себе хватит, и деткам останется! Один обещает завтра же утром перенести хутор в благословенную Европию. Другие обещает всеобщее «покращение» – и пенсии старикам выдавать такие, чтобы не мешок картошки можно было купить, а три мешка сала. И хаты дармовые понастроить, и парубков в солдаты не брить…. Ну, а если не обещают? По слухам, хуторской народ очень неуважительно гуто­рит о начальнике, который отвечает за уборку снега и ремонт нужников. А как его уважать? Гречки бесплатной не раздает, песен дурным голосом не поет, на «коксе» не сидит, с марсиа­нами не водится… Хуторянам такой голова не по сердцу, явно аморален и даже противен…
Но стоит брехунку в гетманы выбиться – память как оглоблей отшибает. Всю родню мгновенно рассадит по хлебным должно­стям. Припадут всей семьей к кормушке, да чавкают…. На зависть соседям. Об аппетитах хуторской аристократии – особенно народ­ных избранниках – ходят легенды. Что ни толстосум – то депутат. Что ни депутат – то толстосум. Хоть поделились депутаты на два лагеря – одни за Голову, другие против – все одним миром мазаны. Сегодня, положим, к власти пришла организованная преступ­ность. А неорганизованная – перешла в оппозицию…
Поделили народные избранники и хуто­рянские земли, и лесочки, и даже речки. Один шустрый депутат – он и в «большевиках» побывал, и в оппозиции отметился (где боль­ше платят – там и родина) – очень полюбил лесное дело: развел в угодьях кабанчиков, коз, оленей. Народ по старой привычке в лесок ходил по ягоды, по грибы – так одного мужика поймали и гоняли как зайца, пока не ухлопа­ли. В азартной травле отличились и местный милицейский начальник, и прокурор. Стали депутата судить – а тот поклялся: дескать, в вол­ка-оборотня стрелял. Стрелял в волчару, а он человеком прикинулся…. Ну, это уже древней хуторянской мифологией попахивает…. Стали некоторые малодушные из депутатов стыдить сотоварищей: что это, мол, мы все под себя гребем, да под себя…. Все поделили! Надо и о народе подумать!
– Правильно! – воскликнули другие. – Давай­те-ка и народ поделим – ну, хотя бы по тысяче душ на рыло!...
Крым. Ялта. Декабрь 2013 года
Продолжение следует...

 
Последнее из эфира Кометы

Итоги недели_30 сентября.
Эфир Кометы
03.10.2016

Итоги недели_23 сентября.
Эфир Кометы
24.09.2016

Итоги недели_16 сентября.
Эфир Кометы
20.09.2016

Гость в студии: Политолог С. Поляков - о выборах 2016.
Эфир Кометы
10.09.2016

Гость в студии: П. Хлюпин о чеховском традиционном беспределе.
Эфир Кометы
10.09.2016

Последние коментарии

радио "Комета"
Опрос
Какие разделы сайта вас больше всего интересуют?