Баннер
Баннер
Баннер
Блоги на Лопасне - Культура, история, жизнь

Год литературы… Что это? Мы переживаем момент уничтожения общественных и личных библиотек. Отполыхала в Москве огромная библиотека ИНИОН, сгорели книги по общественным наукам, собранные академическими учеными. И в своем городе мы все чаще видим горы книг на помойках. Они, пережившие друзей-хозяев, помнят, что кого-то недавно радовали, а для кого служили лишь престижной деталью обстановки. Однако всеми уважались, пусть по разным причинам.
Теперь все иначе. Не изменилось одно: по-прежнему о времени потомки будут судить по книгам. Конечно, и по многим другим источникам, но по книгам в первую очередь.
Передо мной две книги. В них описывается одно и то же время – первая половина 1980-х годов, конец брежневской эпохи. Одно время, даже герои одни. При этом книги эти – две полные противоположности. Будто с разных планет смотрят их авторы на небольшой кусочек земли – Чеховский район.
***
Василий Голышкин (1915 – 1996), журналист, детский писатель, издал в 1985 году документальную книгу «Колхоз “Ленинское Знамя”. Люди, дела, планы». Стояла она в те времена в шкафу каждого жителя поселка Шарапово. Рассказывала о колхозе и его директоре Семене Ивановиче Шевченко. Всеми забытая, она и сегодня остается интересной – ярко показывает масштаб наших потерь.
Большое хозяйство Шевченко включало в себя просторные коровники и телятники, силосохранилище, кормоцех. Специализировался колхоз на выращивании телят (их содержалось около трех тысяч) и нетелей (нетелью называют осемененную телку, которая становилась коровой позже – после отела). Каждый год в Шарапове выращивали до полутора тысяч голов нетелей. Засевали обширные поля урожайными культурами – люцерной, кострой, ежей сборной, озимым рапсом. Собирали по два-три укоса. Раскорчевывали, удобряли, засевали не только поля, но и неудобья.
А еще славился колхоз зарыбленными прудами в Алферове, Ишине и Бакланах. «Выловлено 3375 килограммов рыбы, – свидетельствует Голышкин. – Отпущено магазину в Шарапове 2201 кг, магазину в Чехове – 1174 кг». В колхозе имелась своя большая пасека, свой профилакторий санаторного типа на реке Тюфанке.
Важным достижением автор книги считал постепенное уничтожение в Шарапове примет деревенской жизни. Книга начинается так: «В деревню въезжаешь как в город». Благоустроенные коттеджи и сейчас стоят, радуя глаз. Кто получил жилье при жизни директора, вспоминают его добрым словом. Впрочем, клюнувших на ложные посулы и оставшихся с носом, здесь тоже не мало.
Интересно, что уже 80-е С.И. Шевченко, опережая свое время и грядущих «новых русских», привлекал к работе в колхозе «интернациональный резерв»: «Молдаване, – говорил, – всегда выручат».
Пьянство в русских деревнях приобрело уже тогда такой масштаб, что даже в заказной книге умолчать о нем автор не захотел. Рассказал, например, о пьющих родителях, которые забывали накормить своих детей. Шевченко, как рассказывает автор книги, вызвал главу семейства и сказал:
– Беру твоих детей на иждивение…
Колхозник усовестился, и жизнь пьющей семьи «наладилась».
– Конечно, не наладилась, – свидетели опровергают благостную картинку.
***
Совсем не благостно смотрела на деревенскую жизнь тех лет писательница Майя Ганина (1927 – 2005). Ее жестокий роман «Пока живу – надеюсь», события которого происходят в 1982 году, произвел в районе впечатление разорвавшейся бомбы.
Одна из линий романа – жизнь деревни Богородское, в которой можно найти черты Талежа (там находится церковь Рождества Богородицы), Бершова, да и Шарапова тоже. «Я не умею придумывать. Все, о чем я писала, так или иначе, происходило со мной и на моих глазах», – настаивала М.А. Ганина. Появившийся в конце 1980-х годов роман шокировал описанием узнаваемых примет жизни и судеб реальных людей. И личными жесткими оценками, присвоенным правом судить всех и вся.
Вспомним первую деревенскую сцену. Герои романа, улыбаясь друг другу, мирно беседуя, гуляют по полю с любимой овчаркой. Попался им на пути незнакомый землекоп: «на присогнутых нетвердых ногах, сжимая лопату, шел на нас. На Тунгуса, конечно. Целил острием ему в голову. Вздернув руки, замахнувшись, выпучив безумные белые глаза…».
Так они и жили. Тема книги – конфликт москвички «правдолюбки» с недружелюбной подмосковной деревней. Запойно пьет единственный на всю деревню старик. Не отстают и старухи. Перед нами мелькают лица пьющих без просыпу трактористов, их опившихся жен с изуродованными дойкой суставами пальцев. Обречено и молодое поколение. Одни дети гибнут без материнского пригляда, другие, наоборот, избалованы, потеряли деревню, но и горожанами не стали. Они, распространяя вокруг запах сивухи, гуляют до поры, чтобы вскоре сгинуть в пьяных авариях или повеситься.
Красивый, солидный, хитрый директор совхоза, привыкший использовать людей в своих целях, ведет суетную жизнь, полную встреч с «нужными людьми». Он готов на любое преступление ради бумажных отчетов. Главное для него одно: «Директора все должны бояться».
Узнавали в страшном ганинском директоре все того же Шевченко. И сегодня жители Шарапова расскажут, как его боялись. Так было. И так не было. Вы­думку писательница ловко смешивала с реальными фактами жизни «прототипов». Сейчас, когда прошло время, легче понять, что «правда жизни» в романе часто подменялась видимостью правды.
Одно Ганина почувствовала и передала верно: «колхозный рай» начинал подгнивать изнутри. Впереди нас ждала лишь пыль от падения – «колосс на глиняных ногах» упал, почти мгновенно уйдя в небытие.
***
Как выглядит Шарапово сегодня? К огромным фермам, где выращивали телят и нетелей, близко не подойдешь. Бывшие сельскохозяйственные цитадели приватизированы. В них – то ли общежития, то ли какие-то маленькие предприятия. Местные жители рассказывают, что и они, проработавшие десятки лет на этих фермах, боятся близко к ним подходить. Поля, окружавшие центральную усадьбу, заросли. На полях вместо люцерны – березки разного возраста. Одни – еще маленькие, в метр высотой, другие – в два метра, третьи уже образовали чащобу, через которую пробиться трудно.
Бывшее «Ленинское знамя» сегодня входит в состав агрохолдинга «Отечественное мясо-молочное производственное объединение». Руководитель агрохолдинга Вера Антимонова красиво рассказывает о рекультивации земель у Алферова, Дулова, Новгородова.
– Все земли приведены в порядок, все поля обрабатываем, – утверждает она, призывая нас не верить собственным глазам.
Возникает резонный вопрос:
– Кому принадлежат поля в окрестностях Шарапова, заросшие березками? Кто приватизировал и забросил огромные поля «Ленинского Знамени»? Кто получает и тратит огромные государственные средства, полученные на рекультивацию брошенных новыми хозяевами земель?
Ответа нет. Пора бы чеховской администрации провести серьезную ревизию использования районных земель.
***
Изменилась жизнь вокруг – не узнаешь. Одно осталось неизменным – взгляд на сельскую жизнь. Он – все тот же. Равнодушно официальный (как в книге Василия Голышкина) и брезгливо неприязненный (как у Майи Ганиной). Со сцены центра «Дружба» руководители агрохолдинга показывают нам «развесистую клюкву» с тучными стадами и колосящейся в Чеховском районе пшеницей. А зрители в зале знают, что на районных полях нынче благополучно растут лишь коттеджи; что от цистерн с полезным деревенским молоком, которые привозили в город Шевченко и многие другие хозяева, осталось лишь воспоминание; что единственный в районе цех по обработке молочной продукции закрыт. Понимают, что холдинг, на который в районе возлагали столько надежд, приобретает гибельные черты уже знакомого нам «глиняного колосса»…
Автор: Ольга Авдеева.

 
Последнее из эфира Кометы

Итоги недели_30 сентября.
Эфир Кометы
03.10.2016

Итоги недели_23 сентября.
Эфир Кометы
24.09.2016

Итоги недели_16 сентября.
Эфир Кометы
20.09.2016

Гость в студии: Политолог С. Поляков - о выборах 2016.
Эфир Кометы
10.09.2016

Гость в студии: П. Хлюпин о чеховском традиционном беспределе.
Эфир Кометы
10.09.2016

Последние коментарии

радио "Комета"
Опрос
Какие разделы сайта вас больше всего интересуют?